Новое дело Холмса. Вторая часть

31.10.2020 02:03 Новое дело Холмса. Вторая часть

Первая часть ЗДЕСЬ

Глава Четвертая. В мире науки

Понедельник начался с того, что на Саксаганского отключили теплую воду, и мы поливали друг друга из кувшина.

- Так вы, Уотсон, не верите в победу Тимошенко? - неожиданно спросил Холмс.

То был убийственный выпад мэтра. Сколько бы он не говорил о простоте дедуктивного метода, я никогда не мог предугадать его действие на практике.

-Простите, Холмс, но… как вы догадались?!

-Поверьте, Уотсон, это было несложно. Наша соседка Агафья Ильинична, как известно, – стойкий адепт БЮТ. Позавчера вы бросили окурок в ее почтовый ящик. Вчера же вернулись из Укрдома в «кроличьей шапке» - пилотке, свернутой из прокламаций Яценюка. Вы и прежде критиковали правительство за неэффективность. Войдя же в квартиру, долго ругались. Потом посмотрели в окно и задумчиво сказали: «Да х** ей в сраку, а не президентство!»

-Помилуйте, Холмс, неужели я так и выразился?! - Я был обескуражен.

-Но вернемся к нашему делу, - призвал Шерлок. – Пока вы спали, я взломал базу данных центральной поликлиники НАНУ. Таким образом я получил доступ к электронной библиотеке медицинских книжек членов академии. В отдельном файле – список ученых ростом от метра семидесяти. Самый высокий – Патон, но есть и другие. В частности, некий доктор наук Сорока из НПО «Укринтеграл» - у него 179, 5 см.

-Зачем нам «Интеграл»?

-Именно здесь была изготовлена печать, - поделился новостью Холмс. – «Говерла» ими никогда не занималась. Это фиктивная контора кума Балоги, сотрудники которой преуспели лишь в махинациях с контрактами. «Интеграл» ничем не лучше, но там, по крайней мере, есть шанс встретить «Длинного»… Времени мало, поэтому будем действовать напролом.

***

Такси быстро доставило нас в Академгородок – центр нового перспективного бизнеса по изготовлению атомных печатей. Корпус бывшего оборонного НИИ сохранился в первозданном виде. Как сказал бы лирик, институт пронес сквозь десятилетия лаконизм социалистической архитектуры. Первый этаж стекляшки, правда, занял мебельный салон. Выше разместились стоматологи и юристы. Офис атомщиков не без труда удалось обнаружить возле солярия.

-Кроме того, что фирма занимается контрабандой, у меня нет никаких сведений, - сказал Шерлок. – Придется блефовать.

Открыв дверь с табличкой «Генеральный директор НПО «Укринтеграл» Сорока А.А.», мы увидели высокого худого человека, склонившегося над картой Киева. Он помечал на ней некие важные объекты.

Кабинет был большим и запущенным — именно такой представляется обитель бескорыстного служителя науки. Половину комнаты занимали пустые коробки с надписью по-английски «Радиоактивно!» На стене висели фотографии в рамках: Сорока А.А. здоровается за руку с экс-президентом Кучмой, Сорока А.А. дарит фарфоровый сервиз Жаку-Иву Кусто, малолетний Сорока А.А. сидит на коленях академика Королева.

-Чем могу служить, господа? – заметно изменившийся с тех пор Сорока зачехлил фломастер.

-Шерлок Холмс, психоанализ, независимые расследования. Джон Уотсон, медико-биологический центр «Наутилус-Украина», - представил нас обоих Холмс.

- Да, да, мне сообщили. Если не ошибаюсь, вы работаете над определением точной даты крещения Руси, и наш радиоактивный метод датирования по Углероду-14 может быть вам полезен? – спросил ученый.

-Совершенно верно. Но есть еще один вопрос, – сказал Холмс, выходя в центр комнаты. – Хотелось бы также знать, куда вы дели голову и руки мистера Селедочкина?

Гендиректор «Укринтеграла» приоткрыл рот.

-Известен ли вам годовой бюджет Конституционного суда? – начал издалека Шерлок. В таких случаях он позволял себе немного риторики. – На эти деньги можно было бы покончить с туберкулезом в половине областей. И вот руководство КС решает потратить большую часть средств на приобретение так называемой атомной печати.

В глазах господина Сороки промелькнула улыбка.

- НПО «Укринтеграл» получает заказ на разработку и изготовление печати от НИЦ «Говерла», даже не имея лицензии на осуществление соответствующей деятельности к моменту подписания базового контракта, - продолжил хронологию сделки Холмс. – При этом КС отказывается от услуг известных немецких и южнокорейских фирм, чьи условия выгоднее.

Сорока достал сигарету.

-Очевидно, глава суда не мог не быть в курсе этих деталей. Но меня в данном случае не интересует моральный аспект проблемы, - отметил Холмс. – Вы обещали Селедочкину откат в размере четырех миллионов гривен…

-А вот хер ему! – вскричал Сорока, вскакивая с кресла. – Мы сошлись на двух с четвертью!

-Пусть так, - согласился Холмс. – По нашим данным, Селедочкин почти два месяца умолял рассчитаться, уверяя, что его третирует начальство. Наконец, вы пообещали передать деньги вечером шестнадцатого числа возле Центрального стадиона.

-Все было не так, ну да ладно, - махнул рукой гендиректор. – Продолжайте.

-За неделю до встречи Селедочкин сообщил вам, что печать вышла из строя. Новость, конечно, вас не удивила – там ведь половина деталей из Грузии, — Холмс потряс перед носом гендиректора невесть откуда взявшимся заключением экспертов. — И… и вы вновь клялись все уладить. Имея доступ в спецотделение, Селедочкин тайком отвинтил печать и принес ее вам для устранения дефекта – как джентльмен, он чувствовал себя виноватым вдвойне, поскольку лоббировал злополучный контракт. И тут-то вы увидели прекрасную возможность одним махом разрешить обе проблемы…

-Неправда! - вновь вскричал Сорока. – Я никого не убивал. Я сейчас все объясню.

С этими словами ученый пулей вылетел из кабинета.

«От ти тіки не дьоргайся, - послышался из коридора голос Лестрейда. – Усё будет хорошо. Вам будет предоставлено последнее слово». 

Подталкиваемый Лестрейдом, Сорока вернулся в кабинет уже в наручниках.

— Засыпался, академик? — Лестрейд не скрывал радости от резонансного задержания. — А я, Холмс, сначала не поверил, когда получил от вас э-мейл.

-Вы не можете посадить меня в тюрьму! — в отчаянии бормотал директор — Я - Заслуженный изобретатель УССР. У меня более семидесяти рацпредложений. Часть из них реализована при строительстве ракеты «Зенит».

Сороке налили стакан воды.

-До тех пор, пока в нашей науке будут заправлять такие люди как Литвин и Патон, ни в одной печати нельзя быть стопроцентно уверенным», - сказал начальник. – Сотрудники НПО не получали зарплату с июня. О каком уровне научно-технических разработок можно говорить?

-Обратите внимание, Уотсон – Холмс задержался возле радиоактивных картонок. – В этих коробках доставлялись безакцизные сигареты L&M и турецкие кожаные барсетки, которые теперь продают не рынках Киева. Точки реализации мистер Сорока и отмечал на карте. Не так ли?

Директор «Укринтеграла» подавленно молчал.

-Ти не придурюйся, а кажи, де печать, — активизировал расследование Лестрейд.

-Печать, печать… Да вон она валяется, - Сорока указал скованным запястьем на целлофановый кулек в углу кабинета. – Надо заменить сердечник и микросхемы, а на базаре нет, даже китайских. Ждем поставок из Москвы.

—А Сельодочкін де?

— Да, блять, не знаю я, где ваш Селедочкин! – поморщился директор. — Мы условились встретиться в ресторане гостиницы «Спорт». Но Анатолий не пришел. Я признаться, обрадовался, ибо не мог дать ему откат, как обещал. Литвин сейчас собирает бабки на выборы, и все до копейки уходит наверх. С тех пор как достали Пукача, он совсем озверел. Что нам остается? Барсетки эти. Крутимся, как можем…

***

-Осталось мелочь – найти секретаря, - сказал Холмс, когда «воронок» с Сорокой отчалил от корпуса НИИ. – Едемте в центр. Я проверю пару версий и забегу в Мегамаркет за хересом, а вы, Уотсон, сходите в Раду, послушайте сплетен.

-Так значит вы не…

-Видите ли, Уотсон, пока вы спали, я успел побывать и на Оранжерейной, - доложил неутомимый сыщик. – В морге ребята показали труп: это не Селедочкин, ясно без ДНК, хоть и был одет в его костюм. Тризуб, который ему впаяли посмертно, отнюдь не гармонирует со шрамами от ножевых ранений и наколкой «Не подам руку ментам».

***

Шерлок вернулся в десятом часу ночи весьма оживленный.

-Источники в КС поведали мне о неафишируемой связи между председателем и его пропавшим секретарем, - рассказал он, хлебая солянку. – Селедочкин – сын Заслуженной артистки УССР из театра имени Франко, ныне уже покойной. Вот, кстати, почему вам знакомо его лицо: в юности он снимался в массовке у Балаяна, в фильме «Полеты во сне и наяву». Но затем свернул со стези искусства и поступил в Харьковский юридический. Мать пристроила его под крыло Фэдиру Анрийовычу, еще когда тот работал в киевской прокуратуре. У прокурора с артисткой был настоящий роман, чего не скажешь об отношениях между ее сыном и ее любовником. Фэдир Андрийовыч был вынужден таскать великовозрастного верхогляда по местам своей службы. Селедочкин же ненавидел маминого хахаля в силу известных фрейдистских комплексов.

Ну а что интересного у вас, Уотсон?

-Как мы и договаривались, я заскочил на Согласительный совет в Парламент, чтобы узнать свежие слухи, - рассказал я. – Смею вас заверить, о конституционной печати никто не говорит. Обсуждают возможный роспуск Рады и шансы Ющенко пройти на второй срок. В туалете принимают ставки. Я поставил 500 к одному на Ющенко.

-Вы отчаянный игрок! – сказал Холмс. – Нажмите, пожалуйста, кнопку на автоответчике. Похоже, есть новый мессидж.

На телефоне действительно мигала лампочка. Но это была уже не Монтян. Сквозь шум и треск мы услышали фрагмент диалога, явно не предназначенного для чужих ушей. Очевидно, неизвестный доброжелатель перезаписал подслушанный им разговор на наш автоответчик:

«Відкат. Де відкат?» — спрашивал сердитый мужской голос. — Ти скіки за цю печатку получив?»

«Федір Андрійович, я ж вам казав, шо в них начальник помінявся. Зара` аудит, бухгалтерію трясуть. Треба почекати кілька днів», — оправдывался собеседник.

«Даю тобі срок до середи. Бо потім тобі на сраці намалюють Перехідні положення…» 

«Значит это не выдумки», - сказал Холмс, когда запись прервалась, и слегка прикусил нижнюю губу. Весьма редко он демонстрировал свои эмоции столь открыто. Хорошо зная моего друга, я видел, что Шерлок крайне возмущен. Раскурив трубку, он лег на диван и уставился в потолок. В подобных случаях я ждал приближения развязки…

Глава пятая. Зловещая тайна

На следующий день Лестрейд отрапортовал о раскрытии дела: Сорока сознался в преднамеренном убийстве. Ученый сказал, что выбросил голову и руки Селедочкина в Днепр, и сейчас их ищут. Следователю не терпелось получить свою долю, но Шерлок заявил, что работа еще не окончена. Такая щепетильность не понравилась Лестрейду, равно как и Фэдиру Андрийовычу, который дважды присылал водителя с благодарственным пакетом.

Потянулись томительные часы неведения. Холмс то мотался по городу из конца в конец, то сидел у компьютера. Пару раз переговаривался по скайпу, сильно изменив внешность. Моя помощь ему больше не требовалось, что сказалось на показателях «Медикома»: процент излечиваемости эрозии шейки матки вырос, и нашему отделению даже выдали грамоту горздрава.

Наступил четверг. Вечером я сидел в интернете и читал отклики на новый триллер по роману Турчинова, прикидывая, стоит качать или нет. Мнения на Торренте разнились – от «Классный фильм! Всем качать!!!» до «Столько хороших актеров – и такое дерьмо!» В выходных данных значилось, что музыку к фильму написал Поплавский, и это настораживало.

Я даже не заметил, как Холмс подошел к компьютеру.

-А хотите увидеть настоящее кино? – спросил он. И, не дожидаясь ответа, вызвал такси. «В «Кинопалац!», - приказал он водителю.

-Знайте же, Уотсон, - продолжил Шерлок вполголоса, — при Конституционном суде есть тайный орден, карающий так называемых отступников — тех, кто нарушает неписанный кодекс поведения в КС. Их подвергают изощренному наказанию. Жертву приводят в бесчувственное состояние с помощью наркотиков, а затем покрывают тело, с головы до пят, татуировкой в виде полного перечня статей Конституции Украины. После этого человеку не то что на пляж не сходить — он не может показаться где-либо в обществе и вынужден проводить оставшиеся дни жизни в глухом уединении…

-Но это же чудовищно! И мы еще хотим иметь ассоциированное членство в Евросоюзе! – воскликнул я.

—Грустно, но факт, — согласился Холмс. — Нередко такой человек-Конституция кончает самоубийством, не выдержав социальной изоляции. Те, кому позволяют средства, уезжают на острова в Тихом океане, растворяясь среди туземцев. Я слышал, что за последние годы набралось несколько десятков людей, имеющих на теле разные редакции Конституции – в частности, с поправками, внесенными 8 декабря 2004 г.

«Очевидно, Селедочкина ждала такая же участь», - догадался я.

-Простите, Холмс, но какой смысл содержать столь зловещий орден? – поинтересовался я у прославленного детектива. — Конституции от этого, по-моему, ни холодно, ни жарко. Обществу тем более.

— Нужно было пристроить вышедших в тираж силовиков, - ответил Холмс, вытряхивая трубку в окно, — не всем же охрану банков возглавлять – банков не напасешься. 

Такси свернуло на Институтскую. В небе ярко светила полная луна.

-Какую же картину вы предлагаете посмотреть? – спросил я.

-Боюсь, будет экшн, - отвечал Шерлок. – Все может оказаться даже серьезнее, чем история с Собакой Потебенько.

Я невольно улыбнулся. О, да! За этой собакой мы гонялись по Конче-Заспе две с лишним недели. Выйдя на пенсию, прокурор слегка подвинулся рассудком – ему казалось, что на даче его преследуют духи фигурантов резонансных дел во главе с Гонгадзе. Для борьбы с призраками Потебенько завел ротвейлера, которого выпускал по ночам, намазав зверюге морду святящимся декоративным гримом BodyArt и нацепив китайский ошейник с проблесковыми маячками. Соседи, хоть и привыкшие к чудачествам экс-прокурора, такой изобретательности от него не ждали. По поселку разнесся слух, что Черновецкий привез к себе на дачу редкую тварь из зоопарка, и она убежала. Пока мы не изловили пса, он успел загрызть двух строителей коттеджей…

В фойе «Кинопалаца» сновали возбужденные синефилы.

-Билеты по 50 гривен. Лучше бы в «Сундуке»* пива выпили, - недовольно заметил я.

-Билеты брать никто не заставляет, - тихо сказал Холмс. – Видите каморку под лестницей? Это вход в подземелье. Нам туда.

Улучив момент, мы прошмыгнули в дверь, которую Холмс открыл отмычкой. Внутри было пыльно и темно. Фонарик высветил узкие ступени, ведущие глубоко вниз. С каждым витком лестница расширялась, появились даже перила. Бесконечные ступени вели в бомбоубежище – а куда же еще?

«В Октябрьском дворце были Юрий Гагарин и Фидель Кастро», - вспомнил я строку из путеводителя.

-Держу пари, так глубоко они не забирались, - ответствовал Холмс. – Тс-с! – он приставил палец к губам.

Снизу донеслись звуки разговора, заставившего нас замереть.

-Мудак твой Дрижчаный! – категорично заявлял один собеседник. – Почитай на ОРД, как он гафний тырил.

-Сам ты мудак, Гена, - отвечал другой голос. – Ты еще мне про пистолеты Смешко расскажи. И про ракеты Марчука. А такие как ты при Турчинове ваще все про*бали нах!

-Ты так не говори, - зловеще предостерег первый собеседник. – Знаешь, что за такие вещи бывает?

- На хрен соли мне насыплешь, Витёк, - мужественно отвечал другой.

Дискуссия стремительно разгоралась. Вскоре последовали обоюдные крики «Положь пистолет!» а затем, почти синхронно, два выстрела.

Когда мы вбежали в подвал, на полу, в луже крови, распластались тела обитателей подземелья. Это были немолодые, но крепкие и тренированные люди: они уложили друг друга выстрелами наповал. На столе, за которым разгорелся спор, стояла еще теплая кастрюля с голубцами. Очевидно, инцидент произошел за ужином.

Едва пороховой дым рассеялся, мы увидели обнаженного мужчину, прикованного к стене за раскинутые в стороны руки и ноги. В этой позе он напоминал Витрувианского человека Леонардо да Винчи. Узник выглядел немногим живее покойных особистов. На лбу у него шрифтом Нарбута в два ряда было наколото «КОНСТИТУЦІЯ УКРАЇНИ».

-Мистер Селедочкин, очнитесь! – Холмс похлопал человека по щекам.

Селедочкин – а это был он - c трудом приоткрыл глаза.

-Мы пришли спасти вас, - заверил Шерлок, отстегивая защелки на кандалах.

-Здесь есть еще два майора… - пробормотал узник. - Они пошли смотреть кино… Там привезли… новый фильм Тарантино. Что-то вроде «Конченые пидарасы»…

Бедняга застонал, схватившись за голову высвобожденной рукой.

-Не переживайте, - наколки сейчас выводят в «Медикоме», - успокоил я секретаря КС. – Отпустите челку подлиннее, а пока походите в бандане.

-Опоздай мы, вы бы уже были весь в статьях, - философски заметил Холмс. – Надо же! И Рыбкин здесь сидел, – указал он на угол пыточной.

Возле плинтуса было коряво нацарапано «И.Рыбкин. 6-10.02.2004». Несомненно, автограф оставил экс-кандидат в президенты России.

Раскованный Селедочкин между тем доковылял до стола и запихнул в рот несколько голубцов – видимо его держали впроголодь.

-Они спорили, кто из них больше сделал для Родины, то есть, меньше украл, - пояснил секретарь КС суть недавнего конфликта. – У-у, суки! – пнул он ногой бездыханных силовиков.

-Поторопитесь, сеанс заканчивается, - призвал Холмс.

-А в чем я пойду? – поинтересовался голый Селедочкин. 

-Вот химзащитный комбинезон, - Холмс извлек резиновый ОЗК из шкафчика с черепом и костями. – Вам не привыкать. Есть и противогаз, голову закроет. 

-В таком виде я не могу, - заупрямился секретарь Суда.

-Ну и прекрасно, оставайтесь. А нам с Уотсоном пора, - Шерлок решительно направился к лестнице. – А, черт! Поздно.

Сверху послышался дружный мужской смех: в укрытие спускались те самые майоры.

-Потапыч, да не гони! – кричал своему напарнику шедший сзади.

-Небось, голубцы все сожрали, - весело отвечал Потапыч.

В проеме показалась лысая голова. Холмс с размаху огрел ее кастрюлей. Коллега Потапыча пытался повернуть обратно, но мы с Селедочкиным ухватили его за ноги и буквально стащили со ступеней. Завязалась неловкая потасовка на полу. Майор №2 активно работал локтями. Он успел пару раз двинуть мне в челюсть, когда Селедочкин вогнал ему полный шприц дроперидола – мощного снотворного из арсенала спецотряда. Только тут я вспомнил про свой электрошокер.

-Неплохо, - похвалил секретаря Холмс. – Но я бы рекомендовал гидрохлорид морфина.

Втроем мы быстро приковали майоров к стене.

-А давайте вытатуируем им на теле проект новой редакции Закона об СБУ! – мстительно предложил Селедочкин.

-Я вижу, вам здесь нравится, - посуровел Холмс. – Мы зря беспокоились, Уотсон.

-Нет, нет, - засуетился Селедочкин, напяливая комбинезон. – Я готов!

У Шерлока зазвонил мобильный.

-Холмс, у*буй оттуда! Тебя засекли, – Монтян вещала из трубки так напористо, что ее мог слышать весь подвал, - сейчас спецназ будет.

Я подивился возросшему качеству связи.

-Через кинотеатр не пойдем. Должен быть ход к главному корпусу, - сказал Холмс, доставая измятую схему подземелья. – Мистер Селедочкин, вас не затруднит возглавить шествие? В вашем наряде удобно отпугивать крыс.

-Как же вы вышли на это логово? – спросил я Холмса, когда мы двинулись обратно по мрачному коридору.

-На сайте «Чека. ру» я обнаружил содружество бывших курсантов Киевского училища связи, - рассказал великий сыщик. – Часть выпускников обсуждали детали операции под кодовым названием «Клоуны на день рождения ребенка». Внедриться в их среду было делом техники. Правда, никто не говорил про Октябрьский дворец. Его мне сдал профессор Мориарти из СНБО - старик сейчас работает консультантом у донецких. Я пообещал ему бютовские схемы фальсификации выборов в Крыму и в Николаевской области.

Поиски главного выхода были бесконечными и стремительными одновременно. Наконец, взломав дверь бойлерной в подвале дворца, мы вышли через центральный портал с колоннами. Навстречу валила бесчувственная толпа, шедшая посмотреть концерт мастеров российской эстрады. Селедочкин с облегчением расчехлил ОЗК.

-Если бы на Майдане шел митинг экологов, вас бы приняли за демонстранта, - пошутил Холмс. – А вот и миссис Таня!  

-И как тебя, Холмс, не на*бнули? – Монтян улыбалась во весь рот. За колоннами переминался с ноги на ногу ее спутник - немолодой толстый мужчина, в котором угадывался бывший министр внутренних дел.

-Я тебя предупреждала! - веселилась Монтян. – Мы даже думали прийти к вам на помощь, но Вася бы в подвал не пролез. Ты же знаешь, идеалы справедливости для меня всегда были превыше личной выгоды.

Селедочкину опять стало плохо. Его вырвало голубцами на аллею звезд украинской поп-индустрии.

-Вася, когда станет депутатом, подаст запрос о легитимности подобных полувоенизированных формирований, - стрекотала Монтян. – Вася, ты только не пи*ди раньше времени!

Экс-министр почтительно молчал.

***

-Итак, Уотсон, конституционный порядок восстановлен, - сказал Холмс, когда мы вернулись на Саксаганского. - Вряд ли судья рассчитывал на такой финал, но одного человека он наверняка удовлетворил. Пусть даже его фамилия Селедочкин. Да, и мистер Сорока не должен протестовать.

Сидя у недостроенного камина, Холмс определенно напоминал иностранца. С этим камином вышло так. Шерлок давно хотел иметь классический очаг вдобавок к центральному отоплению. Тем более, что зимой в доме топили плохо. По совету Лестрейда он нанял бригаду западенцев. Строители разворотили полстены, и тут возникли проблемы с дымоходом. В ЖЭКе нужно было дать взятку, чтобы они закрыли глаза на реконструкцию, но денег как всегда не хватало. В итоге камин остался памятником нереализованному замыслу.

-Во всей истории мне неясен лишь один момент, - сказал Холмс, доставая бутылку хереса «Массандра» урожая 1976 года.

-Кто прислал второй мессидж?

-Это тоже открытый вопрос. Но, думаю, подсуетились заместители Фэдира Андрийовыча. Будьте добры, Уотсон, захватите на кухне штопор. 

«А не позвать ли нам в гости Светлану? – предложил Шерлок, открывая бутылку. - Вдруг она свободна? Заодно и спросим, кто отправил ей это идиотское СМС!»

-Э-э… Хорошая мысль, Холмс, - согласился я. – Но только без министра.

Василий Угловой

*Паб в центре Киева.

Copyright © 2010 "Досье". Разработка сайтов WebUnion При полном или частичном воспроизведении материалов ссылка на www.dosye.com.ua обязательна (для интернет-ресурсов - гиперссылка). Администрация сайта может не разделять мнение автора и не несет ответственности за авторские материалы.
Адрес редакции: [email protected]